Надеюсь, что угроза Трампа обострить тарифы против европейских стран, если они не передадут Гренландию, наконец развеет иллюзии «TACO Trump». Эта концепция всегда держалась на убеждении, что Трамп хоть как-то рационален: когда его шаги ведут к катастрофе, он якобы отступает.

Но теперь трудно отрицать, что Трамп полностью иррационален. Нет, его мания относительно Гренландии никак не связана с национальной безопасностью. В рамках НАТО США и так имели полную свободу стратегических действий. А полезные ископаемые, которые могут быть в Гренландии, скорее всего окажутся настолько дорогими в освоении, что инвестиции не окупятся — как было с Венесуэлой.

Трамп сам объяснил происходящее: он закатывает истерику из-за того, что не получил Нобелевскую премию мира — не дословно, но смысл его послания премьер-министру Норвегии сводился именно к этому. И нет причин ему не верить, даже если Скотт Бессент утверждает, что цитирование слов Трампа — «полная чушь».

Шум вокруг Гренландии, конечно, преследует и другие цели: отвлечь внимание от убийства Рене Гуд (Renee Good), от дел Эпштайна (Epstein files) и его падающей популярности; унизить европейцев, которых он презирает за их порядочность и устойчивые демократии; получить очередной выброс тестостерона, демонстрируя американскую военную мощь. Но по сути это всё та же истерика.

Однако мы можем оценить вероятные последствия его попытки принуждать Европу тарифами — она ни к чему не приведёт. Идея о том, что Америка обладает колоссальным экономическим влиянием на Европу, существует только в фантазиях Трампа. В той мере, в какой у США есть рычаги давления, европейские — ничуть не слабее.

Поясню. Исходный факт любого разговора о тарифных угрозах Трампа состоит в том, что пошлины — это налог на американских потребителей и бизнес, а не на иностранцев.

Так считали экономисты до начала тарифных войн Трампа, и результаты подтвердили их правоту. Вопреки прогнозам Трампа, иностранные производители почти не снижали цены, компенсируя тарифы для американских покупателей.

Это видно по динамике средних импортных цен. Например, в 2025 году средняя пошлина на китайские товары выросла с 11% до 37%, но средняя цена, которую США в итоге платили, снизилась менее чем на 3%.

Новое исследование Кильского института мировой экономики (Kiel Institute for World Economics) даёт более точную оценку на основе детальной торговой статистики: в 2025 году иностранные поставщики взяли на себя лишь около 4% стоимости тарифов Трампа. То есть 96% оплачивают американцы.

Таким образом, вводя пошлины против европейских стран, отправивших войска в Гренландию, Трамп фактически заявляет, что будет карать собственных потребителей и компании до тех пор, пока Европа не уступит его прихоти.

Но пострадает ли Европа от сокращения экспорта в США? Возможно, но вовсе не сильно. Европейская экономика огромна — почти сопоставима с американской — и не зависит критически от рынка США. Стоит вспомнить, что крайне высокие американские тарифы против Китая почти не повлияли на китайский рост.

Кроме того, если США и Европа вступят в торговую войну, потери американских компаний будут не меньше, чем европейских. Америка продаёт в Европу почти столько же, сколько Европа — в США:


Если точнее, американские производители поставляют в Европу товаров и услуг примерно на 8 долларов на каждые 9 долларов европейских поставок в Америку. И даже эта небольшая разница в значительной степени статистическая иллюзия, вызванная «экономикой лепреконов»: ирландские дочерние компании американских корпораций — особенно фармгигантов — накручивают цены для своих материнских структур, перенося прибыль в Ирландию с её более низкими налогами.

Можно, конечно, предположить, что европейцы побоятся отвечать жёстко. Так, вероятно, думает Трамп, и раньше это было правдой. Но справедливо ли это сейчас? Он вводит пошлины против восьми европейских стран именно за то, что они осмелились отправить войска в Гренландию, чтобы предотвратить потенциальное американское вторжение — шаг, который трудно назвать трусливым.

Да и Европа фактически заменила США в поддержке Украины:

Помимо укрепления обороны, Европа способна действовать жёстко и согласованно в международной торговле. Национальные правительства ЕС не устанавливают свои тарифы: их задаёт Европейская комиссия.

У ЕС также есть инструмент — механизм противодействия принуждению (Anti-Coercion Instrument), разработанный для быстрого введения серьёзных санкций против любой страны, которая пытается экономическим давлением «заставить ЕС или его членов сделать определённый выбор». Этот инструмент, прозванный «торговой базукой», создавался с оглядкой на Китай, но сейчас полностью применим к США, поскольку Трамп пытается использовать тарифы для давления, чтобы добиться согласия на его захват Гренландии.

Фактически юридическая база для европейских ответных мер против США куда прочнее, чем правовая база тарифов Трампа. Но Верховный суд вновь подыгрывает ему, откладывая решение о законности использования чрезвычайных полномочий для введения большей части его пошлин. На данный момент трусость судей очевидна; их мантии, должно быть, уже пропитаны холодным потом.

Разумеется, есть шанс, что Европа так и не воспользуется своими полномочиями. «TACO Trump» — приятная фантазия, но Европа действительно часто проявляла нерешительность. То, в каком положении она оказалась сейчас, — результат прежней слабости. И в следующий раз всё будет только труднее.

Так что остаётся надеяться, что Европа сделала выводы из всей этой истории. Если да — запугивание Трампа не принесёт ему желаемого результата.

Перевод статьи MAGA Delusions of Economic Leverage

Тэги: США, Общество, Экономика

22.01.2026