Почему Дональд Трамп напал на Иран? Он действительно верил, что быстрая победа поднимет его рейтинги? Он искал способ переключить внимание общественности с «досье Эпштейна» и проблем с доступностью жилья? Или его подтолкнуло к войне израильское правительство?

Ответ, безусловно, — всё вышеперечисленное. У плохих решений не бывает единственной причины. По сути, провалы масштаба того, что мы переживаем сейчас, обычно имеют множество причин.

Но когда я смотрю на общую картину политики администрации Трампа — не только на атаку на Иран, но и на внутреннюю политику, особенно на кажущуюся иррациональной ненависть этого правительства к возобновляемой энергетике и его решимость во что бы то ни стало заставить Америку продолжать сжигать ископаемое топливо, — я постоянно возвращаюсь к мысли об огромном влиянии, которое сейчас оказывают нефтяные деньги.

Я имею в виду не столько внутреннюю нефтяную промышленность США, хотя и её тоже. Американский нефтегазовый сектор потратил огромные суммы, помогая республиканцам на выборах 2024 года, в то время как демократам достались лишь крохи.

Но что действительно бросается в глаза, так это ключевая роль нефтяных денег из Персидского залива — денег, которые сыграли решающую роль в двух сферах: в международных экономических схемах Трампа и в его личном обогащении.

Одна из повторяющихся тем в экономических речах Трампа — хвастовство масштабами обещанных иностранных инвестиций, которые он получил в рамках своей тарифной стратегии. «За 12 месяцев я добился обязательств по инвестициям на сумму более 18 триллионов долларов, поступающих со всего земного шара», заявил он недавно.

Никто не знает, откуда взялась эта цифра в 18 триллионов, которую он использует постоянно. Реально объявленные иностранными правительствами обязательства инвестировать в США составляют всего около 6 триллионов долларов, и многие из этих обещаний — расплывчатые декларации о намерениях, а не серьезные обязательства. Более того, сделка с Европой, судя по всему, может сорваться, отчасти потому, что тарифы Трампа признаны незаконными.

Но что особенно интересно — кто именно дал эти инвестиционные обещания, какими бы они ни были:

Каждое из крупных нефтяных государств Залива пообещало инвестировать больше, чем весь Европейский Союз, несмотря на то, что их экономики значительно меньше. Вот еще одна визуализация:


Так что, когда Трамп хвастается иностранными инвестициями, которые он привлекает в Америку, реальность такова, что в основном это нефтяные монархии Залива заявили — с сомнительной достоверностью — что сделают крупные вложения. Это выставляет его хвастовство в несколько ином свете, не так ли?

А еще есть неустанное использование Трампом своего поста для обогащения себя и своей семьи. Как задокументировала редакционная коллегия New York Times, Трамп «срубил» как минимум 1,4 миллиарда долларов с момента возвращения в Белый дом. Самая крупная часть этой суммы — подарок Катара в виде самолета стоимостью 400 миллионов долларов. Большая часть остального поступила от продажи криптовалюты. Мы не знаем, кто покупает криптовалюту Трампа, но весьма вероятно, что большую долю составили нефтяные деньги Залива. The Wall Street Journal сообщает, что члена королевской семьи из Абу-Даби тайно инвестировал 500 миллионов долларов в World Liberty Financial — центр криптоимперии Трампа.

Тем временем Джаред Кушнер, зять президента, выступает в роли одного из главных переговорщиков правительства США на Ближнем Востоке, одновременно привлекая крупные суммы для своей личной инвестиционной компании от инвесторов из этого региона, особенно от Государственного инвестиционного фонда Саудовской Аравии. Этот фонд возглавляет наследный принц Мохаммед бин Салман (Mohammed bin Salman), который, по общему мнению, причастен к убийству критически настроенного журналиста Джамаля Хашогги (Jamal Khashoggi), которого расчленили костной пилой.

Почему нефтяные деньги Залива играют непропорционально большую роль в коррупции США? Потому что нефтегосударства, в отличие от развитых демократий, сочетают огромное богатство с секретностью и полным стиранием граней между государственной должностью и личной выгодой. Поэтому они лучше других приспособлены наполнять карманы американских чиновников.

Таким образом, иностранные нефтедоллары сыграли центральную роль как в экономических планах администрации Трампа, так и в личных финансовых схемах самого Трампа. Что же купили эти деньги в плане политики США?

Я упоминал фанатичную враждебность администрации Трампа к возобновляемой энергии. Как и в случае с иранской войной, у этой враждебности, безусловно, множество причин. Сам Трамп до сих пор злится из-за морской ветряной электростанции, которую видно с его поля для гольфа в Шотландии. Многие из лагеря MAGA явно считают ветряную и солнечную энергию «вонючей» и недостойной настоящих мужчин; настоящие мужчины бурят, детка, бурят и сжигают, детка, сжигают. Но подавление альтернатив ископаемому топливу также отвечает интересам правительств и династий, чье богатство целиком зависит от ископаемого топлива.

Как отмечает The Guardian:

На протяжении десятилетий Саудовская Аравия боролась жестче, чем любая другая страна, за блокировку и задержку международных климатических мер, выступая дипломатическим «камнем на пути» и заявляя, что отказ от ископаемого топлива — это фантазия.

Таким образом, энергетическую политику администрации Трампа можно рассматривать как то, что принц бин Салман делал бы, будь он у власти. А он у власти?

Наконец, о войне: когда начались бомбардировки, The Washington Post сообщила, что иностранное влияние — и не только со стороны Израиля — сыграло свою роль:

Президент Дональд Трамп начал широкомасштабную атаку на Иран в субботу после многонедельного лоббирования со стороны необычной пары союзников США на Ближнем Востоке — Израиля и Саудовской Аравии, — сообщили четыре источника, знакомые с ситуацией, в то время как израильские и американские силы объединились, чтобы свергнуть верховного лидера Ирана аятоллу Али Хаменеи, находившегося у власти почти четыре десятилетия.

Наследный принц Саудовской Аравии Мохаммед бин Салман провел несколько личных телефонных звонков Трампу за последний месяц, выступая за атаку США, несмотря на его публичную поддержку дипломатического решения.

На данный момент бин Салман, несомненно, сожалеет о своей роли в подстрекательстве к войне. Но быть коррумпированным и уметь коррумпировать других — не то же самое, что быть умным.

Повторюсь: искать единственное объяснение этому фиаско — ошибка. Но если вы хотите понять Операцию «Полный Абзац» (Epic FUBAR), не забывайте следовать за нефтяными деньгами.

Перевод статьи Donald Trump, Petropresident

Тэги: США, Экономика

19.03.2026