Итак, давайте на несколько минут поговорим об удобрениях.  Удобрения — обычно не моя тема, но сейчас они важны для того, что происходит. И это также попытка осознать, насколько серьезный бардак мы получили в результате непродуманной и плохо спланированной войны.

Сейчас суббота, прошло три недели и один день с начала бомбардировок. Дональд Трамп говорит, что ситуация постоянно меняется: то мы применим силу и уничтожим Иран, то наша задача выполнена, и теперь другие страны должны открыть Ормузский пролив, потому что мы от него не зависим, — говорит президент.

Во-первых, это оказалось неправдой. Соединенные Штаты действительно не импортируют значительных объемов сырой нефти через Ормузский пролив, но США импортирует удобрения, о чем я раньше не знал. Многое всплывает только сейчас, когда мы столкнулись с кризисом.

Дело в том, что удобрения, которые получает США — в основном из стран Персидского залива, — производятся из природного газа: мочевины и сопутствующих веществ. Природный газ экспортируется в больших объемах из Персидского залива, или экспортировался до начала этой войны. Для этого его нужно сильно охладить, сжижить и отправлять через специальные терминалы и специальные суда. Это дорого, но возможно, и это стало критически важным для большей части мира. Но есть и другой момент: природный газ, доступный в районе Персидского залива, можно перерабатывать в удобрения, которые гораздо проще транспортировать. И значительная часть мировых удобрений производится именно там и обычно перевозится через пролив.

Соединенные Штаты — огромная сельскохозяйственная держава, и США действительно импортирует значительные объемы удобрений. Доля импорта велика, и часть её поступает из Персидского залива — немалая доля. Так что это напрямую бьет по американским фермерам. Цена на мочевину взлетела до небес.

И есть еще кое-что, о чем мне недавно стало известно и что вызывает тревогу. Приближается посевная. Я человек, который понятия не имеет о сельскохозяйственной жизни, но мне сказали, что это так. Фермеры уже давно заключили контракты на удобрения. Они уже заплатили или по крайней мере подписали договоры. Цены зафиксированы. Но будут ли удобрения вообще доступны? Вполне можно представить, что поставщики объявят форс-мажор, скажут: идет война — а это обычно уважительная причина для расторжения контрактов — и просто не поставят удобрения. Вот это была бы настоящая катастрофа.

Кстати, есть и другие сферы, где это станет проблемой. Авиакомпании, знаете, часто отменяют рейсы, иногда объявляют форс-мажор и отменяют рейсы даже без компенсации, хотя сейчас это, наверное, меньшая проблема. Речь о топливе. Цена на авиационное керосин выросла, насколько я знаю, на 88% с начала кризиса. Авиакомпании уже поговаривают о сокращении расписания. Да, речь идет пока не об отменах, но ничего хорошего в этом нет.

Я сам нахожусь в подвешенном состоянии, как и все, но у нас с Робин запланированы поездки с конца апреля. И смесь удовольствия и работы, и в некоторых местах мне действительно нужно быть — вполне возможно, что рейсы отменят. Получим мы компенсацию или нет, мне не так важно, но невозможность попасть туда, куда я обещал приехать, — это был бы серьезный сбой.

По сравнению с тем, с чем сталкиваются фермеры, это мелочи — они рискуют оказаться на грани финансового краха, — но это лишь иллюстрация того, насколько всё плохо.

И конечно, на фундаментальном уровне утверждение, что, поскольку США не покупают нефть в Персидском заливе, мы защищены и это нас не касается, не выдерживает критики. Посмотрите на цены на заправках. Бензин подорожал примерно на доллар за галлон с начала войны. Оптовые цены на бензин выросли примерно на 1,20 доллара за галлон, так что будет еще хуже. Дизельное топливо подорожало ещё сильнее. Так что тот факт, что США производят больше нефти, чем потребляют, практически ничего не значит.

Если спросить, как война влияет на экономику США, ответ прост: экономика — это люди. Как зерно и почва. В смысле, экономика — это люди, и большинство людей в Соединенных Штатах серьезно страдают от последствий войны. Нефтяные компании, особенно нефтеперерабатывающие, у которых маржа, похоже, резко выросла, чувствуют себя хорошо. Но какая от этого польза остальным? У США нет никаких фискальных механизмов, чтобы изъять эти сверхдоходы.

Так что на самом деле это бьёт по Соединенным Штатам, по всем нам, довольно сильно, и последствия могут быть катастрофическими. Потому что планы — ладно, планы поездок, но планы по посеву — могут оказаться под серьезной угрозой из-за всего этого.

Кто-нибудь сказал об этом Трампу? Судя по всему, что мы читаем, ответ, скорее всего, нет. По сути, мы в ситуации, когда придворные не говорят королю, что он голый, и не говорят, что война в Персидском заливе на самом деле сильно вредит и Соединенным Штатам.

Так что, знаете, одному богу известно.

Кстати, я понятия не имею, чем это закончится. Я даже не знаю, что бы я делал на этом этапе. Ну, разве что сесть в машину времени, вернуться назад и не начинать этого. Но сейчас все будет очень и очень плохо.

Перевод статьи Let's Talk About Fertilizer

Тэги: США, Экономика

22.03.2026