Интервью с сопродюсером фильма «Терминатор 2: Судный день» Стефани Остин 


Сопродюсер Стефани Остин рассказывает нам об испытаниях, связанных с выходом на экраны одного из самых масштабных фильмов всех времен – «Терминатор 2»...


В 1990 году продюсер Стефани Остин (Stephanie Austin), ранее известная своей работой на телевидении, помогла вывести на большой экран один из самых масштабных фильмов десятилетия. В то время, когда она впервые ознакомилась с амбициозным сценарием сиквела Джеймса Кэмерона, она еще не знала, что вскоре ей предстоит снять самый дорогостоящий фильм на тот момент, который установит новый уровень спецэффектов и CGI-блокбастеров.

Даже спустя 25 лет фильм «Терминатор 2: Судный день» (Terminator 2: Judgment Day) по-прежнему выглядит так же блестяще, как и раньше, но сюжет картины не дает представления о бешеной спешке, в которой создавался фильм. Даже сегодня Стефани Остин с легким недоверием говорит о том, как быстро был создан этот фильм. Сейчас, когда в ограниченный прокат выходит отреставрированное 3D-издание Стефани делиться историей создания фильма.

Это удивительно, но даже спустя 26 лет фильм Терминатор держит планку на уровне современных картин и команде реставраторов удалась перенести картину на новые носители.

Над реставрацией работало много квалифицированных специалистов, и я думаю, что в процессе восстановления предъявляются особые требования к качеству исходного материала и, с учетом того, что Джеймс Кэмерон (James Cameron) обращал пристальное внимание на детали картины, это прямо повлияло на конечный результа. Обычно я не в восторге от восстановленных картин, или их перевода в 3D, но в случае с фильмом «Терминатор 2» определенно удалось достигнуть отличных результатов.

Как вы впервые занялись Т2 в 1990 году? Насколько я понимаю, в то время вы работали в Carolco в качестве продюсера?

Да, я тогда работала в Carolco. Я занималась телевизионным проектом, и Уолтер Коупленд (Walter Copeland), который был главой производства, сказал мне: «Слушай, Джеймс Кэмерон хочет с тобой встретиться». Он видел телевизионный спецвыпуск «Послезавтра» (The Day After), над которым я работала в качестве продюссера, и я была частью команды, которая разрабатывала визуальные эффекты для фильмов про ядерные войны. Как я пониманию, Джеймс ознакомился с моими работами, и они произвели на него определенное впечатление. Одним из самых запоминающихся эффектов была имитация взрыва в космосе и для создания этого эффекта нам пришлось построить несколько специальных емкостей – судя по всему, впечатление от реализованного эффекта побудил Джейма Кэмерона к встрече со мной.

Я подумала: «Зачем такой режиссер, как Джеймс Кэмерон, хочет со мной встретиться?» Я имею в виду, что я ведь всего лишь спродюссировала небольшой проект! И вот я пришла к нему в офис, прочитал первые несколько страниц «Терминатор 2» и решила, что мне пора домой, т.к. я поняла, что никак не смогу снять фильм за те деньги, за которые, по его словам, он хотел его снять, а это было примерно столько же, сколько стоил оригинальный «Терминатор». Вы же знаете, чем все это закончилось! (смеется).

Это очень интересная информация. Значит ли это, что изначально Кэмерон планировал низкобюджетный фильм?

Да, так и есть – принимая решение о съемках фильма, Джеймс Кэмерон расчитывал на ограниченный бюджет. Думаю, он, конечно, понимал, что по многим причинам фильм подобного уровня нельзя снять за указанный бюджет, но позже сумма, за которую он хотел снять «Терминатора 2», стала рабочим вариантом бюджета только на визуальные эффекты. Просто хотела бы обратить внимание на то, насколько он был не в своей тарелке! (смеется).

Иными словами, на внутренних совещаниях вы начали понимать, насколько дорого обойдутся съемки фильма?

Да. Деннис Мурен (Dennis Muren) из ILM делал концептуальные наброски. Когда Джеймс сделал эффект водяной змеи в фильме «Бездна» (The Abyss) – это натолкнуло его на мысль о том, как можно создать персонажа на основе этого эффекта. Мы все догадывались, что фильм будет грандиозным, и достаточно было посидеть на первой рабочей встрече с Джеймсом, чтобы понять, что все будет намного масштабнее во всех отношениях. У него было очень амбициозное видение фильма, и, как я уже сказала, дочитала сценарий примерно до восьмой страницы, и спросила – могу ли я сделать перерыв. В перерыве я позвонила своему адвокату и сказала: «Слушай, мне нужно уйти прямо сейчас, потому что я никак не могу снять этот фильм за такие деньги». Как видите, я все понимала с самого начала, и согласилась на участие в проекте заранее понимания его масштаб.

Сценарий был чрезвычайно амбициозным, и, как я уже сказала, в нем присутствовали специальные эффекты, которые никто никогда до этого не делал. Совершенно естественно, что мы столкнулись с длительным сроком рендеринга кадров и повышенной сложностью создания специальных эффектов, поскольку компьютерные технологии еще не были сильно развиты. Я думаю, что во время работы над фильмом мы использовали все мейнфреймы Северной Калифорнии!

Вы упомянули о повышенной секретности в отношении сценария, что было необычно для того времени. Интересно, чем руководствовался Кэмерон, вводя жесткий режим секретности? Связано ли это как-то с фильмом «Бездна» и рядом других подводных фильмов, вышедших до этого?

Да, я думаю, что отчасти это так. И я также думаю, что даже в те времена было очень, очень трудно держать что-либо в тайне. Хотя это было до появления социальных сетей, всегда происходили утечки сценариев. Если вы снимаете картину на студии, то любой, кто работает в отделе корреспонденции или снимает копии с материалов, может «слить» кому-нибудь копию сценария, так что это всегда нежелательно. Но с самого начала работы над проектом мы применяли новаторские решения, и судя по всему, наша съемочная группа была первой, которая использовала водяной знак на рабочих материалах – каждому человеку был присвоен уникальный идентификационный номер, и этот идентификационный номер появлялся на каждой копии сценария, на каждом графике съемок, на всем, что попадало к этому человеку. В то время люди даже не пользовались электронной почтой, поэтому все эти материалы должны были быть физически изготовлены для каждого нового этапа съемок.

Вы были в Каннах, когда был объявлен фильм?

К сожалению, нет! Но там был мой друг, который позвонил мне, когда увидел огромный рекламный щит на Круазетт с моим именем – таким образом я и узнала об анонсе фильма.


Но, как вы знаете, фильм очень ждали и предвкушение от скорого выхода все нарастало, но также были скептики, которые говорили, что фильм обходится слишком дорого.

Да, это правда. Мы подвергались постоянной критике на протяжении всего проекта, потому что это был очень крупнобюджетный фильм для своего времени. Студия постоянно пыталась снизить расходы, и именно поэтому, как я сказала выше, Джеймс, говорил людям, что хочет снять фильм примерно за тот же бюджет, что и оригинальный «Терминатор», и у него была пара идей, как это сделать. Но, знаете, техника идет вперед, меняются ожидания людей, и мы не захотели экономить на продукте.

У нас была пара внутренних показов, один из которых мы провели на ранчо Джорджа Лукаса Skywalker Ranch. Этот показ был настолько успешным, что люди стояли и хлопали. Надо, конечно, понимать, что это были наши семьи и друзья, а не обычная публика, но именно тогда мы получили первые позитивные отзывы.

Потом был показ студийный показ в Лос-Анджелесе на котором присутствовали участники проекта – актеры, съемочная группа, руководители, и.т.д. Тот показ определенно удался – я редко когда бывала в зале, в котором было столько энергетики – люди топали ногами и хлопали в течение десяти или пятнадцати минут. Это был такой дикий энтузиазм, а еще люди смотрели вокруг, как бы говоря друг другу: «У нас получилось!» Понимаете?

Как вы думаете, нужна ли была такая студия, как Carolco, чтобы снять этот фильм? Потому что, по-моему, Кэмерон сам сказал тогда, что ни одна студия в Голливуде не осмелится взяться за такой проект.

Я не думаю, что какая-либо другая студия решилась бы на это. Я хочу сказать, что Эндрю Вайна и Марио Кассар (исполнительные продюсеры) действительно вкладывают свои деньги в дело. Конечно, во время съемок были моменты, когда мне звонили и спрашивали: «Ты что творишь?» (смеется).

Я помню, как во время рождественских праздников мы вязли три ролика, чтобы показать Эндрю и Марио, и отнесли их в просмотровый зал Carolco, где на нас оказывалось огромное давление. Было много разговоров о том, как мы собираемся урезать материал, как мы собираемся сократить это, и где мы сэкономим деньги. Это было очень, очень трудно и очень напряженно. Мы показали им три ролика, и когда мы выходили из просмотрового зала, Марио повернулся к нам с Джеймсом и сказал: «Ну надо же. Думаю, оно того стоило. Но как вы вообще потратили такую сумму денег?»

И Джеймс просто ответил, так быстро, как только можно: «А я не знаю – спроси лучше у нее!» (смеется) Все это выглядело так, как будто сам Кэмерон ни к чему не имеет отношения! Это было довольно забавно.

Правда ли, что основное внимание вы уделили специальным эффектам?

Да, нам пришлось уделить специальным эффектам основное внимание. Дело в том, у нас был жесткий график, а компьютерные мощности ограничены. Это как раз тот случаей, когда у вас релиз намечен на Четвертое июля, а многие из этих эффектов требуют месяцев, месяцев и месяцев для рендеринга. Мы, конечно, пытались довести до совершенства каждый кадр с визуальными эффектами, которые, конечно же, множились как кусочки в течение всего фильма. Ни в одном фильме вы не можете точно предсказать, где вам придется изменить свою первоначальную концепцию. Как я уже сказала, каждый мейнфрейм в Северной Калифорнии работал на рендеринг нашего проекта.


Вы, наверное, испытали облегчение, когда увидели эти цифровые эффекты. Это настолько опередило свое время, что вы даже не были уверены, сработают они или нет.

Совершенно верно. К счастью, они сработали. И поверьте мне, мы работали над эффектам даже за пару дней до релиза – мы спали на полу в лаборатории, потому что у нас были 24-часовые смены. Сведение материалов мы делали в лаборатории CFI [Consolidated Film Industries], которую выбрал Джеймс, и президент CFI фактически предложил нам свой офис, так что мы все спали там, на полу. Мы вставали в ранние часы, чтобы просмотреть очередную порцию отснятых материалов. Мы все были на взводе, и некоторые материалы доставлялись буквально в последнюю минуту.

Помимо напряженных съемок, у вас была еще и дата релиза.

О да. Ты смотришь на дату релиза, как на дуло пистолета, потому что после объявления даты релиза – как это происходит сегодня – она застывает в камне. Вы конкурируете с продукцией других студий за эти даты, и вы взяли на себя определенные обязательства. Это также и денежные обязательства. Давление было огромным, буквально с первого дня. Думаю, что я приступила к работе в тот же день или на следующий день после прочтения сценария – времени на раскачку у нас не было.

Я читал, что в последнюю ночь съемок, или что-то вроде этого, съемочная группа надела футболки с цитатами Джеймса Кэмерона. Я не знаю, правда это или нет.

Да, это правда! На протяжении всего производства мы, конечно же, шутили, как могли... К примеру, я попросила художественный отдел напечатать рулон пулевых отверстий, которые были сделаны по образцу пулевых отверстий на Т-1000. Не забывайте, что этот персонаж назван в мою честь: если вы посмотрите на него, когда он в полицейской форме, то на его бейджике написано «Остин». Поэтому мы делали всякие забавные вещи – если [Кэмерон] кричал на кого-то, то мы брали рулон самоклеящихся пулевых отверстий и приклеивали их на спину. Мы придумали много-много сумасшедших футболок, многие из которых, были с изречениями Джеймса. А еще в какой-то момент все так вымотались, что когда мы работали до самых праздников, то часто скандировали: «Т3 без меня!»

Вот еще пример – я до сих пор помню, как Джеймс позвонил мне в канун Нового года и попросил встретиться с ним в Фонтане на сталелитейном заводе рано утром 1 января. Вот какая была обстановка на съемках – постоянный стресс.


Концовка фильма очень интересная. Там есть кадр с Линдой Гамильтон в роли пожилой женщины, который затем поменяли на дорогу. Не могли бы вы прокомментировать, кто все это придумал?

Это придумал Джеймс. Я думаю, что мы чувствовали, что нам нужна более выразительная концовка, и я думаю, что этот простой момент, когда она смотрит на дорогу впереди, стал еще одним моментом, который сделал фильм запоминающимся, в отличие от того, когда она как старая женщина рассказывает об этом. Это более обнадеживающий момент, хотя и мрачный.

Это было на одном из ранних пробных показов, когда вы поняли, что нужно заменить концовку?

Да, это так. Мы просматривали фильм на протяжении всего времени работы, например, по мере появления эффектов. И каждый день, отсматривая пленку , было какое-то ощущение, что финал в том виде, в котором он был задуман, чем-то не устраивает.

Это правда, что Билли Айдол (Billy Idol) первоначально рассматривался в качестве Т-1000?

Совершенно верно. Мали Финн (Mali Finn) была выдающимся кастинг-директором. Она скончалась несколько лет назад. У нее было чудесное чутье. Я думаю, что когда пришел Роберт Патрик, его физические данные и идеальная полупрозрачная кожа – у него была такая потусторонняя внешность, сразу же привлек ее внимание. Роберт высказал ряд идей о том, как он будет вести себя в роли Т-1000, уделив особое внимание глазам и взгляду Т-1000. Он действительно пришел на съемку со сформированным характером персонажа. Так что дело было не только в его физической форме – дело было и в его технике. Он был почти как змея или что-то в этом роде.

Сейчас трудно представить кого-то другого в этой роли. Стефани, большое спасибо за интервью. 

Перевод статьи Stephanie Austin interview: producing Terminator 2: Judgment Day

Статьи по теме:

Как фильм «Вспомнить все» создал образ запоминающегося злодея

Рихтер из «Вспомнить все»: День из жизни самого неудачливого злодея кинематографа

Фильм "Качая железо" и зарождение героев боевиков 80-х годов

Маркетинговая война: Jurassic Park против Last Action Hero

Интервью Роберта Патрика: Терминатор 2, Джеймс Кэмерон и все такое

Джеймс Кэмерон о бюджетных проблемах предстоящего сиквела «Терминатора»

 Alexander (c) Stikhin